Общая характеристика занятия высшего положения в преступной иерархии в уголовном законодательстве

Выпуск: №4(86) Исследования молодых ученых
Раздел: Юридические науки
Опубликовано:
Код уникальной десятичной классификации: 343.2/.7
студент 4 курса, Российский государственный университет правосудия имени В.М. Лебедева (РГУП им. В.М. Лебедева), г. Москва, e-mail: elizabethkamelskaya@yandex.ru
Научный руководитель: Талаев Илья Владимирович
.заместитель заведующего кафедрой уголовного права Российского государственного университета правосудия имени В.М. Лебедева (РГУП им. В.М. Лебедева)
кандидат юридических наук, доцент

Аннотация. В статье проведено исследование, посвященное общей характеристике общественных отношений, возникающих при применении правовых норм, регулирующих уголовную ответственность специального субъекта за занятие высшего положения в преступной иерархии, закрепленных в положениях действующего Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ). Автором выявлены проблемы, связанные с объективными признаками составов преступлений, образующих основание уголовной ответственности за занятие высшего положения в преступной иерархии (ч. 4 ст. 210 и ст. 210.1 УК РФ).

Ключевые слова: уголовное законодательство, организованная преступность, состав преступления, объективная сторона, субъект преступления, преступная иерархия, преступное сообщество, занятие высшего положения в преступной иерархии.

Концепция общественной безопасности в Российской Федерации (далее – Концепция), представляя систему взглядов на обеспечение общественной безопасности РФ, заостряет внимание на том, что «…в стране сложилась непростая криминогенная обстановка, отличающаяся высоким уровнем преступности и появлением новых видов угроз криминального характера» [17]. Положения Концепции акцентируют наличие положительной динамики в борьбе с преступностью, посредством объединенных усилий государства и общества, что способствовало снижению степени криминализации общественных отношений, но в то же время, подчеркивается, что ряд криминогенных факторов продолжают негативно воздействовать на состояние общественной безопасности на территории РФ. Изложенная ситуация, в частности, определила первостепенную цель Концепции – достижение и поддержание необходимого уровня защищенности прав и свобод человека и гражданина, прав и законных интересов организаций и общественных объединений, а также материальных и духовных ценностей от угроз криминального характера для обеспечения общественной безопасности.

Представляется, что феномен современной организованной преступности состоит в том, что это сложное, негативное и неоднородное явление, характеризующееся рядом присущих только ему специфических признаков [46], составляющих собирательное доктринальное понимание: «…относительно массовое, исторически изменчивое, социально-негативное уголовно-правовое явление, представляющее собой совокупность преступлений, совершаемых участниками устойчивых, сплоченных, планомерно действующих и создающих условия для своего воспроизводства, обладающих обобществленными финансовыми средствами, широко использующих коррумпированное чиновничество и сращивание с органами власти для обеспечения собственной безопасности преступных объединений, масштабная деятельность которых направлена на извлечение максимальной прибыли из преступного бизнеса на определенной территории или в определенной сфере» [4, с. 346]. Как заключает Я.И. Гилинский, организованная преступность – не сумма преступных организаций и не сумма преступлений, совершаемых ими, поскольку это качественно новая характеристика такого состояния преступности, когда она встроена в социальную систему оказывая существенное влияние на другие ее составляющие, прежде всего – на экономику и политику [8, с. 27]. Вместе с тем, как указывает С.Ю. Качалов, организованная преступность, проявляющаяся в усилении влияния криминальных авторитетов, продолжает представлять серьезную опасность для общества и государства в целом [12, с. 56]. Представленные положения и наличие эффективных результатов в борьбе с криминальными авторитетами посредством внесения законодательных изменений и дополнений в Республике Грузия [4, с. 137], признанных правомерными международным судебным органом Совета Европы [33], предопределили необходимость совершенствования системы противодействия лицам, осуществляющим руководящие функции организованной преступности, поскольку причиняют ущерб материальным и (или) духовным ценностям общества.

В соответствии со ст. 71 Конституции РФ регулирование и защита прав и свобод человека и гражданина, а также уголовное законодательство [21] находится в ведении РФ. Реализуя полномочия в этой сфере, федеральный законодатель самостоятельно определяет содержание положений уголовного закона, в том числе устанавливает преступность общественно опасных деяний и их наказуемость [49]. Исходя из ранее внесенных законодательных изменений в нормативно-правовой акт, предназначенный для регулирования уголовно-правовых отношений, Федеральным законом №245 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и в статью 100 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» [58], впервые введена юридическая ответственность лица, занимающего высшее положение в преступной иерархии, но лишь в случае, если оно совершает общественно опасное деяние предусмотренное ч. 1 ст. 210 УК РФ. При этом, как подчеркивается в пояснительной записке, установление факта лидерства такого лица в преступной иерархии не может быть квалифицировано как преступное и наказуемое, ввиду отсутствия соответствующего состава преступления. С учетом представленной позиции и обстоятельств изложенных к проекту Федерального закона №46 «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в части противодействия организованной преступности» [59] (далее – Федеральный закон №46), в совокупности подтверждающих криминальную степень общественной опасности занятия лицом высшего положения в преступной иерархии, значимость охраняемых законом ценностей на которое оно посягает, существенность причиняемого им вреда и невозможности его преодоления с помощью иных правовых средств [48], Кодекс дополнен статьей 210.1 УК РФ.

Разработка уголовно-правовых мер борьбы с организованной преступностью в РФ обоснована в пояснительной записке к проекту Федерального закона №46, согласно которой наиболее опасные и тяжкие преступления совершаются организованными преступными сообществами (преступными организациями), лидеры которых координируют преступные действия, создают устойчивые преступные связи между различными организованными группами, занимаются разделом сфер преступного влияния и преступных доходов, осуществляют руководство преступных действий и на основании этого представляют наибольшую общественную опасность [44].

Следует согласиться с Ю.Е. Пудовочкиным, справедливо подчеркивавшим, что в настоящее время сфера криминализации представляет обширную область неопределенности, компонентами которой выступает система ценностей, признаваемая и разделяемая большинством общества, характеризующиеся свойством «монолитности». Это предопределяет закрепление правовой ответственности за посягательство на них мелкими социальными группами, придерживающимися иных идеологических устоев, тем самым являясь причиной невозможности однозначной оценки того или иного деяния как общественно опасного, а равно установление конкретно-определенных уголовно-правовых запретов за их совершение [50, с. 12]. В то же время неопределенность заключается и в законодательной оценке общественной опасности деяния, «…которое в конкретно-исторической обстановке воспринимаются как вредоносные, в то время как правоприменитель всегда имеет дело с конкретным поведенческим актом, который имеет неповторимые характеристики, уникальную конфигурацию причинного комплекса, своеобразные последствия и т.д.» [50, с. 26].

Таким образом, исходя из представленной позиции, признание на данном этапе социально-исторического развития российского общества, общественно опасным деяние, определенного как «…занятие высшего положения в преступной иерархии», преследовало цель обеспечения безопасности личности, общества и государства, в силу прямого указания в ст. 2, ч. 3 ст. 55 Конституции РФ [21], что способствует защите от криминальных угроз, в частности, выраженных в установлении лидерства конкретного лица в преступной иерархии.

В свою очередь, очевидно, что поставленную цель невозможно считать достигнутой, основываясь только на констатации факта о наличии в действующем уголовном законодательстве самостоятельных норм, предусматривающих ответственность за занятие лицом высшего положения в преступной иерархии, а следовательно, и на закреплении соответствующих наказаний и иных мер уголовно-правового характера за их совершение. Представляется не менее важным определить механизм практической реализации положений, отнесенных в ст. 210.1 УК РФ, исключив расширительное толкование посредством конкретизации противоречивой диспозиции как на доктринальном, так и законодательном уровнях, способствуя дифференциации с особо квалифицирующим признаком, установленным в ч. 4 ст. 210 УК РФ, что закономерно составляет научно-практический интерес правового регулирования.

Непосредственным отражением полисемичности исследуемого положения выступает теоретические дискуссии, свидетельствующие о прикладных правоприменительных проблемах. В юридической литературе высказывается мнение о том, что криминализация занятия высшего положения в преступной иерархии развивает положения теории опасного состояния личности, под которой понимают постоянную или периодическую предрасположенность лиц к совершению преступлений [51], из-за чего последние должны подвергаться превентивному заключению с целью изоляции от общества [25, с. 50]. А.В. Бриллиантов и А.Д. Щербаков, исследуя положения теории опасного состояния личности, выдвигают тезис о том, что появление ст. 210.1 УК РФ является опасным прецендентом по возрождению идеи об опасном состоянии личности (или же опасной личности) «в известном извращении указанной категории» [7, с. 94].

Представленная позиция считается обоснованной, поскольку исходя из содержания исследуемых диспозиций уголовно-правовых запретов, субъект, привлекаемый к ответственности, предусмотренной ч. 4 ст. 210 УК РФ, должен не только занимать высшее положение в преступной иерархии, но и совершить противоправные деяния, определенные в ч. 1 и (или) ч. 1.1. ст. 210 УК РФ (см. рисунок 1). В то же время для вменения ст. 210.1 УК РФ достаточно констатировать наличие у лица криминального статуса, позволяющего утверждать о занятии им высшего положения в преступной иерархии, не предусматривая иных общественно опасных деяний [2, с. 355-356]. Между тем, как подчеркивают Л.А. Прохоров, М.Л. Прохорова и М.Г. Горенко, законодатель при создании действующего кодифицированного уголовного закона отказался от внедрения концепции «опасного состояния», характеризующей личность субъекта преступления, «не включив в него даже понятия особо опасного рецидивиста» [45].

Рис. 1. Объективная сторона ч. 4 ст. 210 УК РФ

Исходя из единой доктринальной позиции, сложившейся относительно положений, регламентирующих основание уголовной ответственности, следует, что действующее законодательство не допускает возможности привлечения лица к ответственности «за опасное состояние личности, его связь с криминальной средой, родственные отношения с опасными преступниками» [18, с. 45], которые не воплотились в конкретном деянии, обладающем свойством общественной опасности [19, с. 47]. Однако в настоящее время исходя из буквального законодательного трактования наблюдается обратное. Нормативное предписание уголовно-правовой нормы закрепленной в ст. 210.1 УК РФ, действуя в соответствии с новыми социальными реалиями, определяет то, что статус преступления придан не деянию, а особому состоянию лица, тем самым привнося в уголовный закон «элементы криминальной субкультуры» [22], не имеющие легального толкования на федеральном законодательстве.

Анализ доктринальных позиций свидетельствует о неоднозначной оценке криминализации занятия высшего положения в преступной иерархии и сводится к следующим тезисам.

Ряд исследователей уголовного права, положительно оценивают нововведения отмечая, что диспозиция ст. 210.1 УК РФ «изложена законодателем с соблюдением правил юридической техники» [56, с. 143] исходя из того, что криминальные лидеры преступного мира принимают участие в совершении преступления, как правило, посредством использования подчиненных им лиц оставаясь незамеченным в поле зрения правоохранительных органов, оказывая негативное влияние на социум, посредством внедрения идеологии в общественное сознание [1, с. 6].

В частности, В.Н. Борков заключает, что лица, занимающие высшее положение в преступной иерархии, посягают прежде всего не на нормальную деятельность власти или институты государства, а на безопасность всего общества аргументируя тем, что организованная криминализация делает граждан беззащитней и является основной причиной бедности [6, с. 4-5]. Таким образом, находятся однозначные доктринальные позиции, свидетельствующие о положительном отношении к норме, вводящей юридическую ответственность за занятие высшего положения в преступной иерархии, направленной на усиление противодействия организованной преступности.

В отечественной литературе уголовно-правовых исследований, к числу сторонников, выступающих за декриминализацию ст. 210.1 УК РФ относятся Н.А. Егорова и А.Г. Егоров, утверждающие, что применение указанной нормы теоретически и практически оправданны лишь при условии корректировки устоявшегося понимания преступления, вины и основания уголовной ответственности – «…очевидно для этого другим должно стать все российское уголовное право» [10, с. 40].

Иные теоретики уголовного права, признавая закрепление в уголовном законодательстве ст. 210.1 УК РФ, определяют правовой запрет в качестве своевременной и необходимой меры [60, с. 79], поскольку норма стала частью механизма уголовно-правовой защиты личности, общества и государства от лиц, занимающих лидирующие положения в преступной иерархии действующих в преступных организациях или преступных сообществах, приводят статистические показатели привлеченных к ответственности [3, с. 157], но вместе с тем заключают о наличии проблем регламентации и правоприменения. Наличие затруднений вызвано законодательной формулировкой состава преступления, которая требует разъяснений на уровне федерального законодательства [24, с. 117] и конкретизации предписания Пленумом ВС РФ [47, с. 48], поскольку действующая редакция ст. 210.1 УК РФ противоречит теории уголовного права в части привлечения к уголовной ответственности за совершение деяния [13, с. 51], что необходимо для определения сферы приложения репрессивного государственного воздействия [20, с. 4], так как в таком виде ст. 210.1 УК РФ «идет в разрез с теорией уголовно-правовой науки, учением о преступлении, общественном опасном деянии и нуждается либо в доработке, либо в декриминализации» [11, с. 59].

В свою очередь, КС РФ разрешая вопросы исключительно права [57], сформировал правовую позицию в отношении ст. 210.1 УК РФ. Неоднократные отказы высшего судебного органа конституционного контроля РФ в принятии к рассмотрению жалоб граждан, указывавших на несоответствие уголовной нормы, устанавливающей, ответственность за занятие высшего положения в преступной иерархии конституционным положениям и иным действующим федеральным законам [26], позволили получить разъяснения по оспариваемому уголовно-правому запрету.

Исследуя положения ст. 210.1 УК РФ в системе действующего правового регулирования КС РФ определил об отсутствии неопределенности [27] «…которая лишала бы лицо, добровольно принимающее свой неформальный статус в преступной среде, возможности осознавать содержание установленного уголовным законом запрета, общественную опасность и противоправность своего деяния, свидетельствующего о лидерстве в преступной иерархии, о поддержании, укреплении или проявлении (реализации) виновным своего авторитета в преступной среде, предвидеть его правовые последствия и которая приводила бы к произвольному ее применению» [28].

Исходя из указанного положения должен следовать вывод о правовой состоятельности ст. 210.1 УК РФ в системе действующего уголовно-правового регулирования, поскольку оспариваемая норма в ее соотношении с действующими конституционными положениями предполагает возможность возложения уголовной ответственности за занятие высшего положения в преступной иерархии, лишь в том случае, если оно обусловлено умышленным, а равно добровольным принятием возлагаемого неформального криминального статуса. Вместе с тем, проецируя представленную правовую позицию КС РФ на уголовно-правовую норму – ст. 210.1 УК РФ, следует обратиться к ранее аргументированно изложенным позициям в постановлениях и определениях высшего судебного органа конституционного контроля, относительно конституционного смысла положений нормативных правовых актов, в частности, определенности уголовного закона.

В силу конституционных положений о равенстве всех перед законом и судом во взаимосвязи с основополагающим уголовно-правовым принципом «nullum crimen, nulla poena sine lege» (с лат. «нет преступления, нет наказания без указания на то в законе») [21], следует, что любое общественно опасное деяние, запрещенное уголовным законом, а равно наказание за его совершение, должны соответствовать требованиям определенности, ясности и недвусмысленности не исключая использование оценочных и (или) общепринятых понятий [34], [35], [36], [37], значение которых должно быть доступно для восприятия и уяснения субъектами правоотношений непосредственно из содержания конкретного нормативного положения или их взаимосвязанной системы, рассчитанной на применение к неограниченному числу правовых ситуаций. Представляется, что иное приведет к формированию противоречивой правоприменительной практики, ослабляющей «…гарантии государственной защиты прав, свобод и законных интересов граждан» [38].

В свою очередь, уголовная ответственность за занятие высшего положения в преступной иерархии, следует считать законно установленной и отвечающей требованиям ст. 19, 54 и ч. 3 ст. 55 Конституции РФ лишь при условии, что она «…обоснована дифференцирована по признакам объективной стороны, которые позволяют учесть особенности причинения вреда охраняемому объекту и сформулированы в единственном законодательном акте определяющим преступность деяния, его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия» [39], [40], [41]. Поскольку лица отнесенные к числу субъектов классификации, в числе прочего, разрешают вопрос является ли конкретное деяние преступлением и каким пунктом, частью, статьей УК РФ оно предусмотрено, после чего «…соотносят это деяние с законодательно определенными и включенными в состав преступления признаками, которые тем самым служат обязательными критериями для его уголовно-правовой квалификации, а также позволяют отграничить смежные преступления, либо преступление от иных правонарушений» [39], [40], [41].

Однако в настоящее время руководствуясь самостоятельно закрепленной законодательной нормой, определенной как занятие высшего положения в преступной иерархии, исключая обращение к судебным прецедентам и основываясь лишь на основополагающих началах и теоретических базисах уголовного права, следует говорить о правовой несостоятельности ст. 210.1 УК РФ, поскольку диспозиция правового запрета за нарушение которого влечет уголовная ответственность противоречива, имеет двойственные элементы оценочного характера и требует познания узконаправленного профиля относящегося по своей природе к категориальному аппарату наук «касающиеся существа криминальной идеологии, преступной субкультуры, а также того, какие лица занимают в уголовной среде высший статус, каковы их функции в преступной иерархии» [14], конкретизируемых судом в каждом уголовном деле на основе подтвержденных доказательствами фактических обстоятельств с помощью специальных познаний экспертов в области.

Как отмечали Э.Ф. Побегайло и В.П. Ревин – «..надлежащее применение уголовно-правовых норм и институтов помогает удерживать от преступлений лиц, которые в силу своей антисоциальной или асоциальной направленности способны нарушить уголовно-правовой запрет» [55, с. 9], но вместе с тем, правильное применение законодательных положений может последовать лишь в случае, если будет установлено, что предусмотренные лицом действия подпадают под конкретно-определенные признаки, предусмотренные уголовным законом [22, с. 21], нормативное отсутствие которых затрудняет официальное признание факта возникновения уголовно-правовых отношений между гражданином преступившим правовой запрет и государством, что подтверждается затруднительной регламентацией и правоприменением ст. 210.1 УК РФ в первые годы закрепления в Кодексе [32, с. 165], [52, с. 94], а вместе с тем правомерное разграничение с положениями ч. 4 ст. 210 УК РФ.

На основании изложенного, учитывая установленные доктринальные позиции и законодательные положения в их взаимосвязи, направленные на организацию функционирования уголовно-правовой системы, базирующейся на основополагающих принципах правовой определенности, юридического равенства, справедливости, выступающих критериями оценки законодательного регулирования прав и свобод человека и гражданина [42], представляется целесообразным исследовать объективные и субъективные признаки смежных составов преступлений установленных в ч. 4 ст. 210 и ст. 210.1 УК РФ.

Реализуя конституционные предписания, уголовное законодательство устанавливает основание публично-правовой ответственности лица за совершение им виновного общественно опасного деяния, содержащего системообразующие элементы состава преступления: объект, объективную сторону, субъект и субъективную сторону, которые конкретизируются в статьях Особенной части УК РФ с учетом положений его Общей части [29].

Отечественная уголовно-правовая наука основывается на рассмотрении общественно опасного действия или бездействия лица, исходя из единства и взаимосвязи субъективных и объективных элементов проявления акта человеческого поведения, необходимых и достаточных для квалификации деяния в качестве преступления. Нормативные предписания уголовно-правовых норм закрепленных в ч. 4 ст. 210 и ст. 210.1 УК РФ последовательно определены не только в одном разделе Кодекса, определяющим общественно опасные деяния против общественной безопасности и общественного порядка, но и главе, относя их к числу преступлений против общественной безопасности, что означает не только единый родовой объект посягательства, но также и видовой. В сущности, непосредственным объектом противоправного посягательства как для ст. 210 УК РФ, так и ст. 210.1 УК РФ является общественные отношения в сфере безопасности как состояние защищенности личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз, что подчеркивается в разъяснениях постановления Пленума ВС РФ от 10.06.2010 № 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)» [43] (далее – ПП ВС РФ № 12) – «…организованная преступность в ее различных проявлениях посягает на общественную безопасность, жизнь и здоровье граждан, собственность, нарушает нормальное функционирование государственных, коммерческих и иных организаций и общественных объединений» [43].

Таким образом, не возникает сомнений о единоначалии исследуемых статей в части объекта противоправного посягательства как группы тесно взаимосвязанных общественных отношений, на которые направлен умысел лица при совершении деяния, определенные ч. 4 ст. 210 и ст. 210.1 УК РФ, – отношения в сфере обеспечения общественной безопасности (см. таблицу 1).

Таблица 1. Единый обязательный элемент составов преступлений ч. 4 ст. 210 и ст. 210.1 УК РФ (объект)

Высшее положение в преступной иерархии

 (ч. 4 ст. 210 УК РФ)

(ст. 210.1 УК РФ)

Родовой объект – общественная безопасность.

Видовой объект – общественная безопасность

Объективные признаки состава преступления, характеризуя форму выражения акта человеческого поведения, индивидуализируют внешнее проявление общественно опасного посягательства на охраняемые законом общественные отношения. Объективная сторона ч. 4 ст. 210 УК РФ являясь особо квалифицирующим признаком основного состава преступления, организации преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней), прямо предусматривает ссылочную диспозицию к ч. 1 или ч. 1.1 ст. 210 УК РФ, тем самым разрешая вопросы не только квалификационного характера, то есть за совершение каких общественно опасных деяний, лицо может быть привлечено к уголовной ответственности, но и конструкции объективной стороны - преступление окончено с момента совершения специальным субъектом, альтернативных деяний (см. рис. 1). Представленное трактование внешней стороны указанного состава преступления в науке уголовного права устоялось и не вызывает видимых разночтений, что не констатируешь при исследовании объективной стороны как элемента основания уголовной ответственности в ст. 210.1 УК РФ.

Анализ соответствующих уголовно-правовых толкований, а также результатов специализированных исследований законодательной нормы установленной в ст. 210.1 УК РФ, сводится к пониманию внешней характеристики общественно опасного посягательства на охраняемый уголовным законом объект, непосредственно из наименования исследуемого преступления – занятие кем-либо высшего положения в преступной иерархии [5, с. 195], [53, с. 233], [54, с. 81]. Представленное положение отражает доктринально-практическую дилемму, порожденную по причине отсутствия дополнительных установлено-определенных объективных признаков, характеризующих совокупность сущностных свойств деяния, позволяющих субъекту квалификации произвести уголовно-правовую оценку совершенного лицом действия или бездействия, путем сопоставления признаков с указанными в уголовном законе. Так, коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ при рассмотрении кассационной жалобы заключила, что действующий уголовно-правовой запрет, установленный в ст. 210.1 УК РФ «…не предусматривает в качестве обязательных признаков состава указанного преступления ни принадлежность лица к какому-либо конкретному преступному сообществу (преступной организации), ни руководство данными преступными формированиями, ни определение административно-территориальных границ распространения властных полномочий криминального характера в структуре преступной иерархии, ни установление конкретной сферы преступной деятельности» [15].

Из содержания диспозиции ст. 210.1 УК РФ следует, что законодательная конструкция объективной стороны занятия высшего положения в преступной иерархии осложнена квалифицирующими оценочными признаками, тождественные по содержанию, не конкретизированные в законе или иных нормативно-правовых актах и не противоречащих друг другу, которые последовательно закрепленных в ч. 4 ст. 210 и ст. 210.1 УК РФ.

На этом основании можно заключить о вероятности наступления квалификационных ошибок в правоприменительной деятельности, а равно установление неверной связи между заложенной в законе мерой государственного реагирования на преступление данного вида, а также интенсивностью применения государственного принуждения. Как отмечает В.К. Андрианов, к объективным детерминантам квалификационных ошибок, является нечеткая формулировка конкретных уголовно-правовых норм, а также большое количество оценочных понятий [31, с. 18], не дающих исчерпывающего представления о содержании описываемого свойства. Исходя из изложенного следует, что отсутствие хотя бы одного из признаков состава преступления исключает уголовную ответственность за соответствующее преступное деяние лицу, что невозможно подтвердить или опровергнуть при возникновении конкретной уголовно-правовой ситуации, исходя из буквального толкования действующей нормы, предусматривающей ответственность за занятие высшего положения в преступной иерархии, ввиду отсутствия «…однозначного ответа, что является уголовно наказуемым в рассматриваемой формулировке состава: состояние или процесс» [23, с. 16].

Вместе с тем, признаки объективной стороны состава преступления не только сопряжены между собой, но и взаимосвязаны с признаками, характеризующими иные элементы основания уголовной ответственности.

Отсутствие в диспозициях ч. 4 ст. 210 и ст. 210.1 УК РФ дополнительных, законодательно определенных признаков, указывающих на специальных субъектов составов преступлений, определенных как «лица занимающие высшее положение в преступной иерархии», необходимых и способствующих для их дифференциации свидетельствует об их единстве, которое подчеркивает и судебная инстанции [16], основываясь на разъяснении ПП ВС РФ №12 [43].

Исходя из правил, выработанных в доктрине уголовного права и правоприменительной деятельности сущность преступлений, обязательным элементом состава которых выступает специальный субъект, заключается в посягательстве виновным лицом на специальные общественные отношения посредством нарушения возложенных на него функциональных обязанностей. Согласно судебному толкованию, статус лица, занимающего высшее положение в преступной иерархии определяется, в том числе, исходя из характера совершаемых лицом действий, степенью влияния на других членов преступной иерархии, а также наличием устойчивых связей в уголовно-преступной среде, а не из субкультурного именования такого лица в криминальной среде. Как указала Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ, необходимо исходить не только из конкретных обстоятельств предъявленного обвинения, но и специфики состава преступления, предусмотренного ст. 210.1 УК РФ, которая обусловлена характером взаимоотношений, связанных с криминальной субкультурой [30]. Тем самым исследование данного состава преступления не представляется возможным без обращения к специальным знаниям касающихся существа криминальной идеологии, преступной субкультуры, а кроме того, какие лица занимают в уголовной среде высший статус, каковы их функции в преступной иерархии.

Таким образом, уголовно-правовой запрет должен содержать все объективные и субъективные признаки общественно опасного деяния, которые присущие конкретному составу преступления, способного создать угрозу или причинить вред общественным отношениям, охраняемым уголовным законодательством, что в действующих редакциях уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за занятие высшего положения в преступной иерархии не отражено. Исходя из изложенного, деяния, предусмотренные ч. 4 ст. 210 и ст. 210.1 УК РФ содержат описание равнозначных преступлений, поскольку не дифференцированы ни по объективным, ни по субъективным признакам состава преступления, характеру посягательства на объект правовой охраны и направленности умысла, что, в сущности вступает в противоречие с законодательно установленным принципом справедливости, тем самым предполагая двойное привлечение к юридической ответственности за приверженность к криминальной субкультуре лица наделенного неформальным статусом.

Список литературы:

  1. Агильдин В.В., Константинова О.Н. Актуальные проблемы квалификации занятия высшего положения в преступной иерархии // Сибирские уголовно-процессуальные и криминалистические чтения, 2022. №4(38). С. 5-10.
  2. Антонова Е.Ю. Теория опасного состояния личности и ее влияние на современное уголовное законотворчество: постановка проблемы // Всероссийский криминологический журнал, 2023. №4. С. 352-360.
  3. Бажутов С.А. Актуальные проблемы уголовной ответственности лиц, занимающих высшее положение в преступной иерархии (статья 210.1 УК РФ) // Правопорядок: история, теория, практика, 2024 №3(42). С. 155-161.
  4. Белоусов И.В. Организованная преступность в России: понятие, признаки / И.В. Белоусов, С.Т. Гаврилов, А.В. Покаместов // Актуальные проблемы деятельности подразделений УИС: сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции, Воронеж, 28 мая 2015 года. Воронеж: ООО «Издательство «Научная книга», 2015. С. 344-346.
  5. Боровиков В.Б., Смердов А.А. Уголовное право. Особенная часть: учебник для вузов / под редакцией В.Б. Боровикова. 7-е изд., перераб. и доп. М.: Издательство Юрайт, 2025. 479 с.
  6. Борков В.Н. Занятие высшего положения в преступной иерархии (ст. 210.1 УК РФ) // Известия ТулГУ. Экономические и юридические науки, 2022. №2. С. 3-13.
  7. Бриллиантов А.В., Щербаков А.Д. Теория опасного состояния личности: шаг вперед или два назад? // Государство и право, 2020. №10. С. 90-99.
  8. Гилинский Я.И. Организованная преступность: понятие, этапы и тенденции развития в России // Проблемы изучения и противодействия организованной преступности : сборник статей по материалам Всероссийского круглого стола, Санкт-Петербург, 20 февраля 2015 года. СПб.: Издательский дом «Петрополис», 2015. С. 25-31.
  9. Долженко В.В. Уголовное преследование лиц, занимающих высшее положение в преступной иерархии: сравнительно-правовое исследование на примере Российской Федерации и Республики Грузия // Правопорядок: история, теория, практика, 2025. №1(44). С. 134-139.
  10. Егорова Н.А., Егоров А.Г. Уголовная ответственность за занятие высшего положения в преступной иерархии: продолжение дискуссии // Вестник Волгоградской академии МВД России, 2020. №1(52). С. 34-44.
  11. Житков А.А. К вопросу об установлении уголовной ответственности за занятие высшего положения в преступной иерархии // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке, 2024. №2. С. 50-60.
  12. Качалов С.Ю. Криминальные авторитеты современной России: тенденции и проблемы // Научный портал МВД России, 2009. №2(6). С. 56-62.
  13. Кармановский М.С., Косьяненко Е.В. Ответственность за деяния, предусмотренные статьями 210 и 2101 УК РФ // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России, 2019. №2(82). С. 147-152.
  14. Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 07.05.2024 N 32-УД24-5-А4 // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  15. Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2023 N 2-УД23-9-А2 // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  16. Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 13.08.2024 N 82-УД24-5-А2 // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  17. Концепция общественной безопасности в Российской Федерации (утв. Президентом РФ 14.11.2013 N Пр-2685) // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  18. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. В 3 т. Т. 1. Общая часть / П.В. Агапов, Д.А. Безбородов, Я.Ю. Васильева; ред.: К.В. Ображиев, Н.И. Пикуров; Ун-т прокуратуры Рос. Федерации. М.: Проспект, 2023. 528 с.
  19. Комментарий к Уголовному кодексу РФ в 4 т. Том 1. Общая часть / ответственный редактор В.М. Лебедев. М.: Издательство Юрайт, 2026. 316 с.
  20. Кондратюк С.В. Криминологическая характеристика и предупреждение занятия высшего положения в преступной иерархии. Автореферат дис. ... кандидата юридических наук: 12.00.08 / Кондратюк Сергей Викторович; [Место защиты: ФГКОУ ВО «Университет прокуратуры Российской Федерации»]. М.: 2022. 38 с.
  21. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  22. Кудрявцев В.Н. Теоретические основы квалификации преступлений: (репринт издания М., 1963) Монография. М. : Юр.Норма, НИЦ ИНФРА-М, 2016. 324 с.
  23. Куликов А.В., Шелег О.А. Проблема реализации целей наказания за совершение преступления, предусмотренного ст. 210.1 УК РФ / Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление, 2024. №2. С. 15-18. // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  24. Новиков В.А. Занятие лицом высшего положения в преступной иерархии: уголовно-правовой аспект // Правовое государство: теория и практика, 2021. №3(65). С. 108-120. (дата обращения: 20.01.2026).
  25. Новожилов С.С. Высшее положение в преступной иерархии: проблем применения части 4 статьи 210 и статьи 210.1 УК Российской Федерации // Юридические исследования. 2022. №4. С. 48-57. (дата обращения: 20.01.2026).
  26. Определение Конституционного Суда РФ от 27.02.2025 N 582-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Закомолдина Максима Надировича на нарушение его конституционных прав статьями 3 и 210.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также пунктами 1 и 2 части первой статьи 73 и главой 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  27. Определение Конституционного Суда РФ от 27.11.2025 N 3193-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Дзидзишвили Кобы Резоевича на нарушение его конституционных прав статьей 210.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 412.5 и статьей 412.7 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  28. Определение Конституционного Суда РФ от 28.01.2025 N 60-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Белова Максима Владимировича на нарушение его конституционных прав статьей 210.1 Уголовного кодекса Российской Федерации» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  29. Определение Конституционного Суда РФ от 26.10.2021 N 2179-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Халиуллина Рашида Гафиулловича на нарушение его конституционных прав частью третьей статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  30. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.2023 N 58-УД23-11СП-А5 // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  31. Ошибки в квалификации преступлений: монография / В.К. Андрианов, Д.А. Дорогин, Д.С. Корсун [и др.]; под. ред. Ю.Е. Пудовочкина. М.: РГУП, 2020. 424 с.
  32. Пантюхина И.В., Ларина Л.Ю. Проблемы регламентации и применения уголовно-правовой нормы, предусматривающей ответственность за занятие высшего положения в преступной иерархии (ст. 210.1 УК РФ) // Lex russica, 2020. Т. 73 №10 С. 159-170. (дата обращения: 20.01.2026).
  33. Постановление ЕСПЧ от 15.07.2014 «Дело «Ашларба (Ashlarba) против Грузии» (жалоба N 45554/08) // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  34. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 05.03.2013 №5-П «По делу о проверке конституционности статьи 16 Федерального закона «Об охране окружающей среды» и постановления Правительства Российской Федерации «Об утверждении Порядка определения платы и ее предельных размеров за загрязнение окружающей природной среды, размещение отходов, другие виды вредного воздействия» в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «Тополь» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  35. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 31.03.2015 N 6-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 части 4 статьи 2 Федерального конституционного закона «О Верховном Суде Российской Федерации» и абзаца третьего подпункта 1 пункта 1 статьи 342 Налогового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой открытого акционерного общества «Газпром нефть» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  36. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017 N 39-П «По делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации и части первой статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Г.Г. Ахмадеевой, С.И. Лысяка и А.Н. Сергеева» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  37. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.05.2021 N 21-П «По делу о проверке конституционности части первой статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Р.В. Величенко» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  38. Постановление Конституционного Суда РФ от 27.05.2008 N 8-П «По делу о проверке конституционности положения части первой статьи 188 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки М.А. Асламазян» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  39. Постановление Конституционного Суда РФ от 11.01.2024 N 1-П «По делу о проверке конституционности части первой статьи 111 и части первой статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также пункта 3 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, в связи с жалобой гражданина Б.» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  40. Постановление Конституционного Суда РФ от 04.03.2021 N 5-П «По делу о проверке конституционности части первой статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина В.В. Калугарова» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  41. Постановление Конституционного Суда РФ от 22.07.2020 N 38-П «По делу о проверке конституционности части третьей статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина М.А. Литвинова» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  42. Постановление Конституционного Суда РФ от 17.06.2014 N 18-П «По делу о проверке конституционности части четвертой статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации и статей 1, 3, 6, 8, 13 и 20 Федерального закона «Об оружии» в связи с жалобой гражданки Н.В. Урюпиной» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  43. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 N 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  44. Пояснительная записка к проекту федерального закона «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (в части противодействия организованной преступности)» / Система обеспечения законодательной деятельности (сайт). (дата обращения: 10.09.2025).
  45. Прохоров Л.А., Прохорова М.Л., Горенко М.Г. Уголовно-правовая политика в сфере обеспечения общественной безопасности: парадоксы и аберрации криминализации и пенализации // Российский следователь, 2024. №1. // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  46. Приговор Московского областного суда от 21.06.2023 N 2-45/2023, 2-147/2022 (УИД 50OS0000-01-2022-000972-31) // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  47. Пережогина Г.В. Вопросы уголовной ответственности за занятие высшего положения в преступной иерархии // Юридическая наука и правоохранительная практика, 2019. №4(50). С. 43-48. (дата обращения: 20.01.2026).
  48. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27.06.2005 N 7-П «По делу о проверке конституционности положений частей второй и четвертой статьи 20, части шестой статьи 144, пункта 3 части первой статьи 145, части третьей статьи 318, частей первой и второй статьи 319 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами Законодательного Собрания Республики Карелия и Октябрьского районного суда города Мурманска» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  49. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27.05.2008 N 8-П «По делу о проверке конституционности положения части первой статьи 188 Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки М.А. Асламазян» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 20.01.2026).
  50. Пудовочкин Ю.Е. Оценка судом общественной опасности преступления : научно-практическое пособие. М.: РГУП, 2019. 222 с.
  51. Сайфуллина М.И. Теория опасного состояния личности и ее влияние на уголовное законодательство и практику его применения // StudNet, 2021. №2. (дата обращения: 12.12.2025).
  52. Стукалова Т.В. Занятие высшего положения в преступной иерархии: проблемы квалификации и доказывания // МНИЖ, 2021. №1-4(103). С. 93-97. (дата обращения: 12.12.2025).
  53. Уголовное право. Особенная часть: учебник для вузов / под общей редакцией А.И. Бастрыкина; под научной редакцией А.И. Чучаева. М.: Издательство Юрайт, 2025. 468 с.
  54. Уголовное право. Особенная часть: преступления против общественной безопасности и общественного порядка: учебник для вузов / под общей редакцией В.И. Гладких, А.К. Есаяна. М.: Издательство Юрайт, 2025. 352 с.
  55. Уголовно-правовые средства предупреждения тяжких преступлений против личности Учеб. пособие / Э.Ф. Побегайло, В.П. Ревин; Акад. МВД СССР. М.: Акад. МВД СССР, 1989. 78 с.
  56. Фатихов Б.Р. Занятие высшего положения в преступной иерархии (ст. 210.1 Уголовного кодекса Российской Федерации) // ВЭПС, 2024. №3. С. 141-145. (дата обращения: 12.12.2025).
  57. Федеральный конституционный закон от 21.07.1994 N 1-ФКЗ (ред. от 31.07.2023) «О Конституционном Суде Российской Федерации» // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 12.12.2025).
  58. Федеральный закон «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и в статью 100 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» от 03.11.2009 N 245-ФЗ // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 12.12.2025).
  59. Федеральный закон «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в части противодействия организованной преступности» от 01.04.2019 N 46-ФЗ // КонсультантПлюс (сайт). (дата обращения: 12.12.2025).
  60. Шилов К.А. К вопросу об уголовно-правовой ответственности за занятие лицом высшего положения в преступной иерархии // Вестник Томского института повышения квалификации работников ФСИН России, 2020. №2(4). С. 74-79.

General characteristics of occupying the highest position in the criminal hierarchy in criminal legislation

Kamelskaya E.K.,
student of 4 course of the Russian State University of Justice named after V.M. Lebedev, Russia, Moscow

Research supervisor:
Talaev Ilya Vladimirovich,
Deputy Head of the Department of Criminal Law of the Russian State University of Justice named after V.M. Lebedev, Moscow, Candidate of Law, Associate Professor

Abstract. The article presents a study on the general characteristics of public relations arising from the application of legal norms governing the criminal liability of a special entity for occupying the highest position in the criminal hierarchy, as set out in the provisions of the current Criminal Code of the Russian Federation (hereinafter referred to as the Criminal Code of the Russian Federation). The author identifies problems related to the objective signs of the elements of crimes that form the basis of criminal liability for occupying the highest position in the criminal hierarchy (Parts 4 of Articles 210 and 210.1 of the Criminal Code of the Russian Federation).
Keywords. criminal law, organized crime, composition of the crime, objective side, subject of the crime, criminal hierarchy, criminal community, occupation of the highest position in the criminal hierarchy.

References:

  1. Agildin V.V., Konstantinova O.N. Actual problems of qualification of occupying the highest position in the criminal hierarchy // Siberian criminal procedural and criminalistic readings, 2022. №4(38).: 5-10.
  2. Antonova E.Y. Theory of the dangerous state of personality and its influence on modern criminal lawmaking: problem statement // All-Russian Journal of Criminology, 2023. №4.: 352-360.
  3. Bazhutov S.A. Actual problems of criminal liability of persons occupying the highest position in the criminal hierarchy (Article 210.1 of the Criminal Code of the Russian Federation) // Law and order: history, theory, practice, 2024. №3(42).: 155-161.
  4. Belousov I.V. Organized crime in Russia: the concept, signs / I.V. Belousov, S.T. Gavrilov, A.V. Pokamestov // Actual problems of the activities of UIS units: collection of materials of the All-Russian Scientific and Practical Conference, Voronezh, May 28, 2015. Voronezh: «Scientific Book» Publishing House, 2015.: 344-346.
  5. Borovikov V.B., Smerdov A.A. Criminal law. Special part: textbook for universities / edited by V. B. Borovikov. 7th ed., revised and add. Moscow: Yurait Publishing House, 2025. 479 p.
  6. Borkov V.N. Occupying the highest position in the criminal hierarchy (art. 210.1 of the Criminal Code of the Russian Federation) // Izvestiya TulSU. Economic and legal sciences, №2.: 3-13.
  7. Diamonds A.V., Shcherbakov A.D. Theory of the dangerous state of personality: a step forward or two steps back? // State and Law, 2020. №10.:. 90-99.
  8. Gilinsky Ya.I. Organized crime: the concept, stages and trends of development in Russia // Problems of studying and countering organized crime: a collection of articles based on the materials of the All-Russian Round table, St. Petersburg, February 20, 2015. St. Petersburg: Publishing House «Petropolis», 2015.: 25-31.
  9. Dolzhenko V.V. Criminal prosecution of persons occupying the highest position in the criminal hierarchy: a comparative legal study on the example of the Russian Federation and the Republic of Georgia // Law and order: history, theory, practice, 2025. №1(44).: 134-139.
  10. Egorova N.A., Egorov A.G. Criminal liability for occupying the highest position in the criminal hierarchy: continuation of the discussion // Bulletin of the Volgograd Academy of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2020. №1(52).: 34-44.
  11. Zhitkov A.A. On the issue of establishing criminal liability for occupation...the highest position in the criminal hierarchy // Criminal law: a development strategy in the 21st century, 2024. №: 50-60.
  12. Kachalov S.Y. Criminal authorities of modern Russia: trends and problems // Scientific portal of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2009. №2(6).: 56-62.
  13. Karmanovsky M.S., Kosyanenko E.V. Responsibility for acts provided for in Articles 210 and 2101 of the Criminal Code of the Russian Federation // Bulletin of the Saint Petersburg University of the Ministry of Internal Affairs of Russia, 2019. №2(82).: 147-152.
  14. Cassation ruling of the Judicial Board for Criminal Cases of the Supreme Court of the Russian Federation dated 07.05.2024  №32-UD24-5-A4 // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  15. Cassation ruling of the Judicial Board for Criminal Cases of the Supreme Court of the Russian Federation dated 20.06.2023  №2-UD23-9-A2 // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  16. Cassation ruling of the Judicial Board for Criminal Cases of the Supreme Court of the Russian Federation dated 13.08.2024 №82-UD24-5-A2 // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  17. The concept of public safety in the Russian Federation (approved by the President of the Russian Federation on 14.11.2013 №Pr-2685) // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  18. Commentary to the Criminal Code of the Russian Federation. In 3 vols. Vol. 1. General part / P.V. Agapov, D.A. Bezborodov, Ya.Yu. Vasilyeva; editors: K.V. Obrazhiev, N.I. Pikurov; University of the Prosecutor's Office of the Russian Federation. Federation. Moscow: Prospekt, 2023. 528 p.
  19. Commentary to the Criminal Code of the Russian Federation in 4 volumes. Vol. 1. General part / executive editor V.M. Lebedev. Moscow: Yurait Publishing House, 2026. 316 p.
  20. Kondratyuk S.V. Criminological characteristics and prevention of occupying the highest position in the criminal hierarchy. Abstract of the dissertation of the Candidate of Law: 12.00.08 / Kondratyuk Sergey Viktorovich; [Place of protection: FGKOU HE «University of the Prosecutor's Office of the Russian Federation»]. Moscow: 38 p.
  21. The Constitution of the Russian Federation (adopted by popular vote on 12.12.1993 with amendments approved during the all-Russian vote on 07.01.2020) // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  22. Kudryavtsev V.N. Theoretical foundations of the qualification of crimes: (reprint of the Moscow edition, 1963) Monograp. Moscow: Jur.Norma, SIC INFRA-M, 2016. 324 p.
  23. Kulikov A.V., Sheleg O.A. The problem of realizing the goals of punishment for committing a crime under art. 210.1 of the Criminal Code of the Russian Federation // Penal enforcement system: law, economics, management, 2024. №2.: 15-18. // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  24. Novikov V.A. Occupation by a person of the highest position in the criminal hierarchy: the criminal law aspect // The rule of law: theory and practice, 2021. №3(65).: 108-120. (date of the address: 20.01.2026).
  25. Novozhilov S.S. The highest position in the criminal hierarchy: problems of the application of part 4 of Article 210 and Article 210.1 of the Criminal Code of the Russian Federation // Legal research, 2022. №4.: 48-57. (date of the address: 20.01.2026).
  26. Ruling of the Constitutional Court of the Russian Federation dated 27.02.2025 №582-O «On the refusal to accept for consideration the complaint of citizen Zakomoldin Maxim Nadirovich for violation of his constitutional rights by Articles 3 and 210.1 of the Criminal Code of the Russian Federation, as well as paragraphs 1 and 2 of the first part of Article 73 and Chapter 42 of the Criminal Code of the Russian Federation-the Procedural Code of the Russian Federation» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  27. Ruling of the Constitutional Court of the Russian Federation dated 27.11.2025 №3193-O «On refusal to accept for consideration the complaint of citizen Dzidzishvili Koba Rezoevich for violation of his constitutional rights by Article 210.1 of the Criminal Code of the Russian Federation, paragraph 1 of the second part of Article 412.5 and Article 412.7 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  28. Ruling of the Constitutional Court of the Russian Federation dated January 28, 2025 №60-O «On refusal to accept for consideration the complaint of citizen Maxim Vladimirovich Belov for violation of his Constitutional Rights by Article 210.1 of the Criminal Code of the Russian Federation» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  29. Ruling of the Constitutional Court of the Russian Federation dated October 26, 2021 №2179-O «On refusal to accept for consideration the complaint of citizen Khaliullin Rashid Gafiullovich for violation of his constitutional rights by part three of Article 159 of the Criminal Code of the Russian Federation» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  30. Definition of the Judicial Board for Criminal Cases of the Supreme Court of the Russian Federation dated 31.10.2023 №58-UD23-11SP-A5 // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  31. Errors in the qualification of crimes: a monograph / V.K. Andrianov, D.A. Dorogin, D.S. Korsun [et al.]; edited by Yu.E. Pudovochkin. Moscow: RGUP, 2020. 424 p.
  32. Pantyukhina I.V., Larina L.Yu. Problems of regulation and application of the criminal law norm providing for responsibility for occupying the highest position in the criminal hierarchy (art. 210.1 of the Criminal Code of the Russian Federation) // Lex russica, 2020. Vol. 73. №10.: 159-170. (date of the address: 20.01.2026).
  33. ECHR Judgment of 15.07.2014 «The case of Ashlarba v. Georgia» (complaint №45554/08) // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  34. Resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation dated 05.03.2013 №5-P «On the case of Checking the Constitutionality of Article 16 of the Federal Law «On Environmental Protection» and the Decree of the Government of the Russian Federation «On Approval of the Procedure for Determining Fees and their Maximum Amounts for Environmental Pollution, Waste Disposal, and Other Types of Harmful Effects» in connection with with the complaint of the limited liability company «Topol» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  35. Resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation dated 31.03.2015 №6-P «On the case of Checking the Constitutionality of Paragraph 1 of Part 4 of Article 2 of the Federal Constitutional Law «On the Supreme Court of the Russian Federation» and paragraph 3 of subparagraph 1 of paragraph 1 of Article 342 of the Tax Code of the Russian Federation in connection with the complaint of Gazprom Neft Open Joint Stock Company // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  36. Resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation №39-P dated 08.12.2017 «On the case of Checking the Constitutionality of the Provisions of Articles 15, 1064 and 1068 of the Civil Code of the Russian Federation, subparagraph 14 of paragraph 1 of Article 31 of the Tax Code of the Russian Federation, Article 199.2 of the Criminal Code of the Russian Federation and Part One of Article 54 of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation in in connection with the complaints of citizens G.G. Akhmadeeva, S.I. Lysyak and A.N. Sergeev» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  37. Resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation dated 24.05.2021 №21-P «In the case of checking the constitutionality of the first part of Article 293 of the Criminal Code of the Russian Federation in connection with the complaint of citizen R.V. Velichenko» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  38. Resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation dated 27.05.2008 №8-P «In the case of verifying the constitutionality of the provision of the first part of Article 188 of the Criminal Code of the Russian Federation in connection with the complaint of citizen M.A. Aslamazyan» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  39. Resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation dated 11.01.2024 №1-P «In the case of verifying the constitutionality of the first part of Article 111 and Part the first article 112 of the Criminal Code of the Russian Federation, as well as paragraph 3 of the Rules for Determining the severity of harm caused to human health in connection with the complaint of citizen B.» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  40. Resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation dated 04.03.2021 №5-P «In the case of checking the constitutionality of Part One of Article 159 of the Criminal Code of the Russian Federation in connection with the complaint of citizen V.V. Kalugarov» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  41. Resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation dated 22.07.2020 №38-P «In the case of checking the constitutionality of Part Three of Article 159 of the Criminal Code of the Russian Federation Of the Russian Federation in connection with the complaint of citizen M.A. Litvinov» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  42. Resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation dated 17.06.2014 №18-P «In the case of checking the constitutionality of Part four of Article 222 of the Criminal Code of the Russian Federation and Articles 1, 3, 6, 8, 13 and 20 of the Federal Law «On Weapons» in connection with the complaint of citizen N.V. Uryupina» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  43. Resolution of the Plenum Of the Supreme Court of the Russian Federation dated 10.06.2010 №12 «On judicial practice of consideration of criminal cases concerning the organization of a criminal community (criminal organization) or participation in it (her)». (date of the address: 20.01.2026).
  44. Explanatory Note to the draft Federal Law «On Amendments to the Criminal Code of the Russian Federation and the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation (in Terms of Countering Organized Crime)» / Legislative Support System (website). (date of the address: 10.09.2025).
  45. Prokhorov L.A., Prokhorova M.L., Gorenko M.G. Criminal law policy in the field of public safety: paradoxes and aberrations of criminalization and penalization // A Russian investigator, 2024. №1 // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  46. Verdict of the Moscow Regional Court dated 21.06.2023 №2-45/2023, 2-147/2022 (UID 50OS0000-01-2022-000972-31) // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  47. Perezhogina G.V. Issues of criminal responsibility for occupying the highest position in the criminal hierarchy // Legal Science and law enforcement practice, 2019. №4(50).: 43-48. (date of the address: 20.01.2026).
  48. Resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation №7-P dated 27.06.2005 «On the case of Checking the Constitutionality of the Provisions of Parts Two and Four of Article 20, Part Six of Article 144, paragraph 3 of Part One of Article 145, Part Three of Article 318, Parts One and Two of Article 319 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation in connection with requests The Legislative Assembly of the Republic of Karelia and the Oktyabrsky District Court of the city of Murmansk» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  49. Resolution of the Constitutional Court of the Russian Federation №8-P dated 05.27.2008 «On the case of checking the constitutionality of the provision of the first part of Article 188 of the Criminal Code of the Russian Federation in connection with the complaint of citizen M.A. Aslamazyan» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 20.01.2026).
  50. Pudovochkin Yu.E. Assessment by the court of the social danger of crime : a scientific and practical guide. Moscow: RGUP, 2019. 222 p.
  51. Saifullina M.I. Theory of the dangerous state of personality and its impact on criminal legislation and the practice of its application // StudNet, 2021. №2. (date of the address: 12.12.2025).
  52. Stukalova T.V. Occupying the highest position in the criminal hierarchy: problems of qualification and proof, 2021. №1-4 (103).: 93-97. (date of the address: 12.12.2025).
  53. Criminal law. Special part: textbook for universities / under the general editorship of A.I. Bastrykin ; under the scientific editorship of A.I. Chuchaev. Moscow: Yurait Publishing House, 2025. 468 p.
  54. Criminal law. Special part: Crimes against public safety and public order: a textbook for universities / edited by V.I. Gladkikh, A.K. Yesayan. Moscow: Yurait Publishing House, 2025. 352 p.
  55. Criminal law tools for the prevention of serious crimes against the person; Pobegailo E.F., Revin V.P. Textbook; Akad. THE USSR Ministry OF Internal Affairs. Moscow: Akad. USSR Ministry OF Internal Affairs, 1989. 78 p.
  56. Fatikhov B.R. Occupying the highest position in the criminal hierarchy (art. 210.1 of the Criminal Code of the Russian Federation) // VEPS. 2024. №3.: 141-145. (date of the address: 12.12.2025).
  57. Federal Constitutional Law of 07/21/1994 №1-FKZ (as amended on 31.07.2023) «On the Constitutional Court of the Russian Federation» // ConsultantPlus (website). (date of the address: 12.12.2025).
  58. Federal Law «On Amendments to the Criminal Code of the Russian Federation and to Article 100 of the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation» dated 03.11.2009 №245-FZ // SPS ConsultantPlus. (date of the address: 12.12.2025).
  59. Federal Law «On Amendments to the Criminal Code of the Russian Federation and the Code of Criminal Procedure of the Russian Federation regarding Counteraction organized crime» dated 01.04.2019 №46-FZ // ConsultantPlus (website). (date of the address: 12.12.2025).
  60. Shilov K.A. On the issue of criminal liability for a person occupying the highest position in the criminal hierarchy // Bulletin of the Tomsk Institute for Advanced Training of employees of the Federal Penitentiary Service of Russia, 2020. №2(4).: 74-79.