По итогам конференции «В ней есть любовь, в ней есть язык…».
Природный универсум в пространстве культуры: навстречу юбилею Ф.И. Тютчева»
(15-16 мая 2026 года)
Аннотация. В данной статье в рамках системного подхода исследуется роман М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени». Произведение рассматривается как открытая антропокосмическая система, воплощающая авторскую концепцию единства мира. Анализируются особенности композиции, система точек зрения в романе, роль пейзажа и ландшафта. Доказывается масштабность «истории души человеческой» как части природного универсума.
Ключевые слова: Лермонтов, «Герой нашего времени», системный подход, единство мира, антропокосмизм, художественная система.
Изучение романа М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» традиционно фокусируется на образе Печорина и на особенностях композиции. Системный подход позволяет взглянуть на произведение шире – как на открытую, саморазвивающуюся систему.
В соответствии с принципами В.Г. Зинченко, В.Г. Зусмана, З.И. Кирнозе, изложенными в пособии «Методы изучения литературы. Системный подход» [3], литературное произведение рассматривается как целостная система, включенная в макросистему культуры. В рамках этого подхода произведение – не просто сумма художественных приёмов, а инструмент познания мира. В этом контексте роман «Герой нашего времени» является уникальной системой, где художественная форма служит воплощением философской идеи М. Ю. Лермонтова – идеи единства мира. Под единством здесь понимается неразрывная связь между «историей души человеческой» [4] и природным универсумом. Автор выстраивает систему романа определённым образом не только для описания судьбы героя, но и для доказательства взаимосвязанности «всего существующего» [6].
Система романа «Герой нашего времени»
Ключевую роль для произведения играет композиция, т.к. она является механизмом организации системы романа. Главная особенность композиции – нарушение хронологии (сюжет отличается от фабулы). Лермонтов выстраивает повествование от внешнего к внутреннему, от хаоса к скрытой сути. Он нарушает хронологию, заменяя её психологической последовательностью. Здесь мы видим особый способ изложения текста: автор ведёт читателя от неопределенности (взгляд Максима Максимыча и рассказчика на Печорина) к постепенно выстраивающейся полноте образа (самоанализ Печорина).
В романе «Герой нашего времени» реализуется «принцип дополнительности» [1]: личность Печорина раскрывается через систему точек зрения (Максим Максимыч, рассказчик, сам Печорин). Стоит учесть, что ни одна из них не является абсолютной и исчерпывающей. Только системное взаимодействие разных взглядов создает объёмный портрет «героя времени». Здесь автор обращается к теории познания: как один человек познаёте другого и возможно ли вообще познать человека? При этом Печорин является и объектом познания, и познающим субъектом (наблюдает за окружающими людьми и ставит над ними «опыты»).
Как образ главного героя, так и мир «Героя нашего времени» создан автором из различных деталей. Произведение Лермонтова – не просто набор повестей: смысл всего романа больше, чем сумма смыслов отдельных глав. Читатель проходит путь от фрагментарного восприятия произведения к осознанию его глубинного единства.
Центральный «узел» системы романа «Герой нашего времени» – глава «Фаталист», т.к. она является композиционным финалом произведения [7]. В этой главе художественная система достигает своего философского пика. Столкновение Печорина с идеей предопределения – это попытка найти свое место в общемировой системе. Главный вопрос здесь: является ли жизнь человека замкнутой системой, где всё предопределено, или жизнь – открытая система, где случай и личная воля могут менять судьбу?
Системный подход требует рассматривать литературное произведение в контексте его связей с литературной традицией и внелитературной реальностью. В романе «Герой нашего времени» Печорин воплощает черты «байронического героя»: разочарованность и скука, противоречивость характера, эгоцентризм, саморефлексия. В историческом же контексте Печорин – это «портрет поколения» эпохи 1830-х годов, когда энергия личности не находит выхода в социально значимых делах и превращается в саморазрушение.
Системный подход уделяет большое внимание фигурам Автора и Читателя. В романе «Герой нашего времени» можно выделить биографического автора (М.Ю. Лермонтов), автора-рассказчика (странствующий офицер) и героя-автор (Печорин в своем журнале). Такая многослойность позволяет системе романа оставаться многоуровневой и динамичной. Читатель – самый активный элемент системы. Именно читатель превращает «текст» в «произведение» [3]. Читатель «достраивает» смыслы, исходя из своего жизненного опыта и культурного багажа. Поскольку произведение – это открытая система, она нуждается в энергии читателя для своего функционирования.
Природный универсум
Для системного подхода важно понятие «природного универсума» как взаимосвязанной совокупности всего существующего [6]. В художественном мире романа природа перестает быть просто фоном событий, а становится функциональным элементом. Можно даже сказать, что природа – отдельная система внутри системы романа.
У Лермонтова мы нередко наблюдаем связь пейзажа и психологического состояния героя. Это ключевая функции романтического пейзажа: природа соотносится или контрастирует с внутренними переживаниями героя. Рассмотрим пример параллелизма в главе «Княжна Мери», сцена погони Печорина за Верой: «Солнце уже спряталось в черной туче, отдыхавшей на гребне западных гор; в ущелье стало темно и сыро» [4, с. 141]. Здесь описание служит выражению отчаяния Печорина.
В то же главе видим и пример контраста: «Я не помню утра более голубого и свежего! Солнце едва выказалось из-за зеленых вершин, и слияние теплоты его лучей с умирающей прохладой ночи наводило на все чувства какое-то сладкое томление; в ущелье не проникал еще радостный луч молодого дня…» (утро перед дуэлью с Грушницким) [4, с. 131]. Здесь природа противопоставлена мыслям Печорина о возможной смерти; вечная красота против мимолетности человеческой жизни. «Пейзаж души» отображает сложное психологическое состояние Печорина.
Всё это не просто описание природного «фона», а резонанс окружающего мира с внутренним миром героя. Здесь Лермонтов реализует философию антропокосмизма [2]: микрокосм (человек) и макрокосм (вселенная) неразделимы. Внутреннее состояние героя и состояние окружающей среды – единая субстанция. Человек не «царь природы», а функциональная часть мироздания.
Пейзаж у Лермонтова также может выступать предвестником грядущих событий через систему визуальных и звуковых сигналов будущей опасности. Примером служит глава «Тамань»: «Берег обрывом спускался к морю почти у самых стен ее, и внизу с беспрерывным ропотом плескались темно-синие волны. Луна тихо смотрела на беспокойную, но покорную ей стихию…» [4, с. 56]. В той же главе: «Между тем луна начала одеваться тучами и на море поднялся туман; едва сквозь него светился фонарь на корме ближнего корабля; у берега сверкала пена валунов, ежеминутно грозящих его потопить» [4, с. 58]. Постоянный шум моря, тёмные воды, туман, тучи – всё это создаёт ощущение угрозы.
Созерцание природы является способом саморефлексии для Печорина. В главе «Княжна Мери» читаем: «Я помню – в этот раз, больше чем когда-нибудь прежде, я любил природу. Как любопытно всматриваться каждую росинку, трепещущую на широком листке виноградном и отражавшую миллионы радужных лучей!» [4, с. 131].
Там же: «Нет женского взора, которого бы я не забыл при виде кудрявых гор, озаренных южным солнцем, при виде голубого неба или внимая шуму потока, падающего с утеса на утес» [4, с. 88]. Для героя «диалог» с природой – вероятно, единственный момент искренности. Мы видим, что окружающий мир способен хотя бы на время подарить Печорину радость. Любовь к природе раскрывает лучшие стороны души Печорина, демонстрируя читателю «естественного» человека [8], а не светского. Однако природа не способна изменить Печорина и подарить ему душевный покой. Герой ценит красоту мира, но всё ещё не может найти в нём своё место.
В главе «Бэла» пейзаж более масштабный и величественный. Автор уделяет большое внимание природе Кавказа, национальному колориту [5]. Особенно примечателен момент подъёма на Гуд-гору, когда «…пейзаж перерастает в прямое лирическое отступление о слиянии человека с природой» [8]: «Тихо было все на небе и на земле, как в сердце человека в минуту утренней молитвы; только изредка набегал прохладный ветер с востока, приподнимая гриву лошадей, покрытую инеем. Мы тронулись в путь <…> казалось, дорога вела на небо, потому что, сколько глаз мог разглядеть, она все поднималась и наконец пропадала в облаке, которое еще с вечера отдыхало на вершине Гуд-горы, как коршун, ожидающий добычу; снег хрустел под ногами нашими; воздух становился так редок, что было больно дышать; кровь поминутно приливала в голову, но со всем тем какое-то отрадное чувство распространялось по всем моим жилам, и мне было как-то весело, что я так высоко над миром…».
«Бэла» – первая глава «Героя нашего времени», поэтому она является важным этапом «входа» в антропокосмическую систему романа. Здесь закладывается идея автора о единстве мира через сопоставление человека и природы. Пейзаж наделяется человеческими чертами и словно имеет свою волю, а люди зависимы от этой воли: «…чернели мрачные, таинственные пропасти, и туманы, клубясь и извиваясь, как змеи, сползали туда по морщинам соседних скал, будто чувствуя и пугаясь приближения дня» [4, с. 29]; «…холодное дыхание грозило близкой бурею…» [4, с. 30].
Природа неразрывно вязана с местным жителями (горцами), являясь отражением их бурных страстей. В то же время события человеческой жизни кажутся мелкими и незначительными по сравнению с величием окружающего мира. Печорин оказывается «лишним», не находя себе места в этой системе. Герой надеется обрести гармонию «настоящей» жизни, среди «естественных» людей [8], но лишь вносит смятение в природный ход жизни. Таким образом, пейзаж не только задает масштаб, но и служит инструментом анализа главного героя: через величие Кавказа Лермонтов подчеркивает внутреннюю опустошенность Печорина.
Особое внимание в главе «Бэла» уделяется горному пейзажу. В соответствии с философией антропокосмизма [2], подъему в гору – это пусть к макрокосму, движение от земли к небу. Горы как бы соединяют человеческий мир с космическим, что визуализирует идею единства. Физическое восхождение символизирует духовный подъем над земным, бытовым. «Животворящий воздух» очищает душу человека, освобождает от земных страстей: «…удаляясь от условий общества и приближаясь к природе, мы невольно становимся детьми; все приобретенное отпадает от души, и она делается вновь такою, какой была некогда, и, верно, будет когда-нибудь опять» [4, с. 29-30].
В главе «Фаталист» пейзаж достигает своего высшего уровня, вырастая до масштабов космоса: «…месяц, полный и красный, как зарево пожара, начинал показываться из-за зубчатого горизонта домов; звезды спокойно сияли на темно-голубом своде, и мне стало смешно, когда я вспомнил, что были некогда люди премудрые, думавшие, что светила небесные принимают участие в наших ничтожных спорах за клочок земли или за какие-нибудь вымышленные права!» [4, с. 151]. Звёздное небо выступает символом предопределения, рока, ведь «судьба человека написана на небесах». В то же время люди на земле в прямом и переносном смысле «блуждают во тьме» (т. к. события главы происходят ночью), а звёзды являются единственным ориентиром. Спокойствие небес контрастирует с хаосом на земле.
Здесь наиболее чётко выражена идея Лермонтова о мировом единстве. Величие природного универсума передаётся через образ вечного звёздного неба. Печорин хочет проверить, как работает система, существует ли «небесный закон». Лермонтов показывает, что «бунт» человека против судьбы – это часть общемирового процесса; его поступок остается внутри системы мироздания, подтверждая её целостность. Свобода личности не противоречит «небесному закону».
Подводя итоги, можно сказать, что роман «Герой нашего времени» – это не просто художественная система, а модель мироздания. Все элементы (сюжет, система персонажей, пейзаж и др.) доказывают «взаимосвязанность всего существующего». Природа и человек образуют нерасторжимое антропокосмическое единство.
Авторская концепция единства мира в романе – это поиск гармонии в эпоху разлада. Трагедия Печорина заключается в поиске своего места в грандиозной системе мироздания. Лермонтов показывает, что даже «лишний человек» остается частью универсума. Мир един, в нем всё взаимосвязано. «История души человеческой» оказывается столь же масштабна, как истории всей Вселенной.
Список литературы:
- Гус М.С. Противоречия Достоевского и «принцип дополнительности» // Вопросы литературы, 1968 №3. C. 166-180.
- Гутов Е.В. Антропокосмизм // Гуманитарный портал: концепты. Центр гуманитарных технологий, 2002-2026. (дата обращения: 05.05.2026).
- Зинченко В.Г., Зусман В.Г., Кирнозе З.И. Методы изучения литературы. Системный подход: Учебное пособие. М.: Флинта: Наука, 2011. 280 с.
- Лермонтов М.Ю. Герой нашего времени // Собрание сочинений: в 4 томах под общей редакцией И.Л. Андроникова, Д.Д. Благого, Ю.Г. Оксмана. М.: Гослитиздат, 1958. Т. 4: Проза. Письма. С. 7-156.
- Максимов Д.Е. Поэзия Лермонтова // Лермонтов М.Ю. Полное собрание стихотворений: В 2 т. Л.: Сов. писатель. Ленингр. отд-ние, 1989. Т. 1: Стихотворения и драмы. С. 5-60.
- Семенова С.Г. «Высшая идея существования» у Достоевского // Вопросы литературы, 1988 №11. C. 166-195.
- Тюпа В.И. Анализ художественного текста: учеб. пособие для студ. филол. фак. высш. учеб. заведений. 3-е изд., стер. М.: Издательский центр «Академия», 2009. 340 с.
- Удодов Б.Т. Роман М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени»: Кн. для учителя. М.: Просвещение, 1989. 192 с.
The artistic system of «A Hero of Our Time» and the author's concept of the unity of the world
Koshenko V.M.,
undergraduate of 1 course of the Moscow City University, Moscow
Research supervisor:
Kalashnikov Sergey Borisovich,
Associate Professor of the Moscow City University, PhD in Philology, Associate Professor
Abstract. Within the framework of a systemic approach, this article examines M.Yu. Lermontov's novel «A Hero of Our Time». The work is viewed as an open anthropocosmic system that embodies the author's concept of the unity of the world. The paper analyzes the structural features of the composition, the system of points of view in the novel, and the role of landscape and scenery. It proves the grand scale of the «history of a human soul» as a part of the natural universe.
Keywords: Lermontov, «A Hero of Our Time», systemic approach, unity of the world, anthropocosmism, artistic system.
References:
- Gus M.S. Dostoevsky’s Contradictions and the «Complementarity Principle» // Problems of Literature, 1968 №3. 166-180.
- Gutov E.V. Anthropocosmism // Humanitarian Portal: Concepts. Centre for Humanities Technologies, 2002-2026. (date of the address: 05.05.2026).
- Zinchenko V.G., Zusman V.G., Kirnoze Z.I. Methods of Studying Literature. Systemic Approach: Textbook. Moscow: Flinta: Nauka, 2011. 280 p.
- Lermontov M.Yu. A Hero of Our Time // Collected Works: in 4 volumes; under the general editorship of I.L. Andronikov, D.D. Blagoy, Yu.G. Oksman. Moscow: Goslitizdat, 1958. Vol. 4: Prose. Letters.: 7-156.
- Maksimov D.E. Lermontov’s Poetry // Lermontov M.Yu. Complete Collection of Poems: In 2 vols. Leningrad: Soviet Writer. Leningrad Department, 1989. Vol. 1: Poems and Dramas.: 5-60.
- Semenova S.G. «The Highest Idea of Existence» in Dostoevsky // Problems of Literature, 1988 №11. 166-195.
- Tyupa V.I. Analysis of a Literary Text: textbook for students of philological faculties of higher educational institutions. 3rd ed., stereotyped. Moscow: Publishing Center «Academy», 2009. 340 p.
- Udodov B.T. M.Yu. Lermontov's Novel «A Hero of Our Time»: Teacher's Book. Moscow: Prosveshchenie, 1989. 192 p.